За покалеченного ребенка александровская горбольница выплатила полтора миллиона

Александровск

За покалеченного ребенка александровская горбольница выплатила полтора миллиона

Александровская городская центральная больница выплатила матери почти полтора миллиона рублей за родовую травму. Маленькая Кристина не может ни сидеть, ни есть, ни говорить, ни держать голову. Из-за некачественного оказания медицинской помощи ребенок родился с тяжелыми травмами, которые привели к инвалидности новорожденной девочки.

Спустя год судебных разбирательств жительница Александровска Анна Пряхина признана пострадавшей. За моральный вред центральная городская больница выплатила семье двухгодовалой девочки иск на сумму 1,4 миллиона рублей за «Некачественное оказание медицинской помощи при родах»

«Самое страшное – это ее приступы»

Сейчас Кристина страдает эпилепсией. У ребенка ДЦП, выраженная задержка психомоторного развития. Когда начинаются приступы эпилепсии, девочка испытывает боль, выгибается на руках. Ребенок постоянно находится на руках матери или отца, только тогда она не плачет от судорог.

Как сообщает Александровский городской суд, девочка проходила лечение в Испании и Санкт-Петербурге, нуждается в дальнейшем дорогостоящем лечении и операциях. Суд удовлетворил иск частично, признав, что выявленные у ребенка родовые травмы и возникшие патологии связаны с дефектами при выполнении оперативного вмешательства при родах.

По словам родителей, первые месяцы жизни ребенок не мог глотать, девочка питалась только через зонд. Была проведена судебно-медицинская экспертиза, которая доказала, что травма шейного отдела позвоночника возможна при проведении операции кесарева сечения, которое проводила врач Белла Барабадзе.

Согласно судмедэкспертизе, выявленная у ребенка патология не может возникнуть самопроизвольно при родах, протекающих в условиях оказания надлежащей медицинской помощи и, вероятнее всего, связана с дефектами при выполнении оперативного вмешательства (кесарева сечения). Деформацию затылочной кости ребенок не может причинить себе сам, также не могла это сделать и мать ребенка, поскольку находилась под наркозом. Ранее у ребенка во всех документах фиксировалось отчетливое шевеление плода. После рождения девочка стала недвижимой.

Сейчас ребенок самостоятельно не может есть, держать голову, ее мышцы постоянно находятся в судорожном состоянии. Девочка не может жить полноценной жизнью. В связи с родовой травмой и установленным диагнозом полного выздоровления не наступит.

«Сейчас главное – бороться с приступами эпилепсии, – говорит Анна Пряхина. – Появились вывихи тазобедренного сустава. Это у всех с диагнозом ДЦП из-за повышенного тонуса в мышцах. Делают различные операции, но нам нельзя из-за эпилепсии. Когда Кристине было семь месяцев, мы были в Испании. Прошли полное обследование. Потом в Санкт-Петербурге Кристине сделали операцию – каллозотомию на головной мозг (это хирургическое лечение эпилепсии). После нее стало меньше приступов. Для меня самое страшное – это приступы, пока они есть, мы не можем ничего делать. Проводить реабилитацию нельзя. Есть такой препарат, называется «Диспорт», колют его в ножки и ручки, чтобы снять тонус и боль в мышцах… В апреле будем ложиться в неврологию именно на ботулинотерапию. Но эффекта хватает всего на четыре месяца. А потом у нее все стягивает ручки, ножки. Ей становится больно. За один раз могут выписать лекарства на 2,5 тысячи рублей».

Анна Пряхина считает, что в наступлении тяжких последствий родов виновата принимающая роды врач Белла Барабадзе. Однако по итогам проверки дважды отказано в возбуждении уголовного дела по статье «Халатность» за отсутствием в ее действиях состава преступления.

Врач ГБУЗ «Александровская Центральная городская больница» Белла Барабадзе на суде пояснила что во время кесарева сечения каких-либо проблем не возникло. Необходимость операции возникла в связи с падением сердцебиения плода. Смещение шейного отдела могло возникнуть при дефиците кальция. То есть при повышенной хрупкости кости ребенка. Здорового ребенка не ждали из-за длительной гипоксии. Согласие на кесарево сечение спрашивали. Состояние ребенка было тяжелое, стали проводить реанимацию.

Ребенок не двигался, не кричал. Был на аппарате. Сразу был наложен воротник. Тяжелое состояние новорожденной увязывали с гипоксией, не думали, что у нее родовая травма шейных позвонков.

На вторые сутки было желудочное кровотечение. Девочка была переведена в Детскую центральную больницу Березников с диагнозом «тяжелая асфиксия при родах; перинатальное поражение центральной нервной системы; желудочное кровотечение; родовая цереброспинальная травма; внутриутробная инфекция».

Кроме того, согласно экспертного заключения Испанского национального центра «Тектион», девочке поставили диагноз «эпилепсия, обусловленная геморрагическим (то есть кровоточивый) поражением во время родов; детский церебральный паралич; медикаментозно инкурабельная эпилепсия».

Вердикт суда

Пермское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы провело проверку качества оказания медицинской помощи. Судебное постановление гласит: «Роды принимала врач Бэлла Барабадзе. В этот же день при проведении кесарева сечения ребенку была причинена родовая травма, которая относится к категории тяжелых. Во время родов ребенку был поврежден шейный отдел позвонков, имелась гематома на голове, в результате чего ребенок в дальнейшем признан инвалидом. Прогноз развития неблагоприятный». Родовая травма привела к необратимым последствиям в головном мозге ребенка, к центральному тетрапарезу (отсутствие движений во всех четырех конечностях).

Кристина перенесла несколько тяжелейших операций и до сих пор вынуждена периодически проходить курсы лечения. Мать полностью занята уходом за девочкой. Не может работать. Врачи советуют отказаться от ребенка, «заниматься таким ребенком нет никакого смысла, это овощ, а не человек».

«Улучшения есть – Кристина говорит простые слоги, – признается Анна Пряхина. – Врачи ничего не обещают. В Петербурге, когда мы были на операции, врач сказал, что будем делать все возможное для того, чтобы Кристина могла хотя бы сама себя обслуживать. Но прогнозов пока нет. Ее состояние оценивается как состояние средней тяжести. Она не ходит, не говорит, не может держать голову, не сидит. Сможет ли ходить Кристина, пока нет никаких прогнозов».

На суде представитель ГБУЗ «Александровская Центральная городская больница», адвокат Дарья Шишова иск не признала. Она пояснила что последствия инвалидности ребенка вызваны не только родовой травмой, но и хронической гипоксией, которая развилась на фоне болезней матери во время беременности. Ребенок родился в тяжелом состоянии. Ассистент врача Бэллы Барабадзы пояснила, что к данному состоянию могла привести гипоксия.

Между тем из ответа страховой медицинской компании следует, что «беременность протекала с осложнениями. Возникла внутриутробная асфиксия плода. Что и явилось причиной тяжелых изменений нервной системы новорожденного. Дефектов по ведению беременности и лечению в палате патологии эксперты не выявили».

Однако суд критически относится к заключению данной страховой компании. У ребенка помимо асфиксии при рождении имелась родовая травма в виде деформации затылочной кости и кровоизлияния под надкостницу. На суде ответчик не представил достаточных доказательств отсутствия своей вины. Пояснения ответчика голословны, отмечается в приговоре суда.

Кроме того, в документах больницы нет полной записи течения родов. Поэтому экспертная комиссия не может достоверно установить причины происхождения патологии у ребенка. Равно как и решить вопрос о наличии конкретных дефектов при принятии родов. Однако суд считает, что исковые требования законны и обоснованны.

На суде Белла Барабадзе присутствовала как свидетель. Мама Кристины уже устала от судов. Родители девочки регулярно мотаются в Пермь из Александровска к бесконечному арсеналу врачей: окулисту, ортопеду, неврологу, эпилептологу. Лекарства нужны до конца жизни. Позитивных прогнозов врачи делать не решаются. А родители маленькой Кристины готовы идти до конца в борьбе за здоровье своего ребенка.

14:57
3318
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...